© Getty Images
Визит канцлера ФРГ Фридриха Мерца в Китай не принес никаких значимых сделок. Несмотря на призывы к более тесному сотрудничеству, соглашения, заключенные Мерцем и Ли после встречи, касались лишь отдельных отраслей, не имеющих большого значения для экономики обеих стран.
Пять подписанных документов касаются продолжения работы в области изменения климата и «зеленого» перехода, сотрудничества в сфере профилактики заболеваний животных и протокола о производстве продукции птицеводства, а также соглашений о спортивном сотрудничестве в области футбола и настольного тенниса. Для понимания – Канада и Британия в январе подписали с Китаем 8 и 12 документов соответственно.
Удивляться не приходится. Германия пытается одновременно сделать три вещи: сохранить доступ к китайскому рынку, сократить уязвимость от Китая и не поссориться окончательно с США. Эти задачи плохо совместимы.
Китай остаётся крупнейшим торговым партнёром Германии. Немецкая промышленная модель построена на экспорте, а ключевые корпорации — Volkswagen, BMW, химия, машиностроение — критически зависимы от китайского спроса. Но структура отношений изменилась: Китай больше не только рынок, он конкурент. Если Берлин слишком сблизится с Пекином, он усилит собственного конкурента в автомобилестроении, зелёной энергетике и машиностроении. Если слишком отдалится — потеряет рынок и инвестиции.
На фоне жёсткой торговой линии США Европа ищет рынки и кооперацию. Китай использует это, предлагая свои возможности в пику США. Но проблема в том, что ЕС уже запустил «de-risking», ввёл ограничения по электромобилям, проверяет инвестиции и усиливает контроль за технологиями двойного назначения. Отсюда и скромные подписанные документы. Германия не готова к стратегическому сближению, но и не может позволить себе разрыв.
Недавнее торговое соглашение ЕС–Индия — это часть той же стратегии диверсификации. Европа пытается выстроить альтернативную азиатскую опору, чтобы иметь альтернативу уже Китаю. Индия — демографический гигант с растущим рынком, политически менее токсичный партнёр для ЕС. Но индийская экономика пока не способна заменить китайскую по масштабу производственной интеграции.
В результате Германия оказывается в треугольнике: США – Китай – Индия. Вашингтон требует большей координации против Пекина. Китай предлагает экономический прагматизм. Индия даёт альтернативу, но не компенсирует объём. И тут ещё возникает российский фактор. Который Германия и ЕС отменить для Китай и Индии не могут, и приходится молча терпеть. Уже не до размахивания «демократическими ценностями» в битве против «автократических ревизионистов».
Визит Мерца это попытка выиграть время. Германия понимает, что глобальный порядок становится блоковым, но не хочет форсировать окончательный выбор. Она пробует балансировать, но в условиях замедления глобального роста — это балансирование становится всё дороже. Чем меньше мировой спрос, тем острее конкуренция. А значит, пространство для комфортного «и с Китаем, и с США» будет сокращаться.
Юрий Баранчик, политолог, публицист, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
