Ересь и вырусь. Почему некоторые «внезапно прозрели»

 

Большой резонанс в социальных сетях вызвал текст советника главы Офиса президента Украины Алексея Арестовича, в котором он яростно прошёлся по украинским ультрапатриотам, требующими запрета всего русского.

Неожиданно резкий отпор Арестовича «патриотическим» планам многих озадачил, а некоторые даже заговорили о возможности договориться с «адекватными людьми» в Киеве, к которым поспешно причислили одного из главных пропагандистов майданного режима.

Начнём с главного: Арестович — безусловный враг. И если его мысли разумны, это никак не отменяет факта его пребывания во вражеском лагере.

Сам нашумевший текст, по сути, всего лишь декларация, что негоже подавлять всё русское, ибо оно ещё пригодится для войны с теми же русскими.

Это напоминает негодование гитлеровского «хозяйственника», который возмущается затратным кремированием унтерменшей, вместо того чтобы измельчать их трупы в костную муку.

Арестович критикует бандеризацию Украины не из русофильской «ереси», а исходя из жизненных интересов майданного режима, ставя знак равенства между глупостью ультранационалистов и военной слабостью государства:

«Ваша слабость — это тысячи потерянных для фронтов, внутренних и внешних, белорусов и россиян, от рядовых бойцов до специалистов и миллионеров. Это десятки и сотни тысяч колеблющихся, которые могли бы стать на нашу сторону — хотя бы внутренним несогласием — и не станут».

Это ресурсы, которые они могли бы саботировать у наших врагов, или даже перенаправить к нам. А теперь вам самим придется оплатить эти ресурсы».

Речь идёт о том, что ненависть к русским, к России, к русской культуре, которая стала неотъемлемой частью украинского официоза, играет против самой Украины. В частности, глупейшие с политической точки зрения заявления о необходимости распространить ответственность за решения Кремля на всех россиян, даже на антипутинскую оппозицию.

«Вы выбрали ненавидеть и отгораживаться там, где нужно умело считать и рассчитывать, провоцировать, вовлекать и создавать. Простые реакции — сложные последствия, — продолжает поучать Арестович глуповатых шароварников. — Чтобы компенсировать свою слабость, вы занимаетесь неуемным восхвалением себя в соцсетях. Ах, мы самые смелые. Ах, мы самые креативные. Ах, мы самые победительные. Ах, у нас единственный в мире язык, где можно составить рассказ, где все слова начинаются на букву «п».

<…> Умеющий воевать не отдает противнику ресурсы — он забирает их у него. Вы взялись бороться с противником, который в десятки раз мощнее по потенциалу, и добровольно добавили ему потенциал».

«Вы понадеялись, что война все спишет. Она все оставит. Но спишет вас», — мрачно заключает «печерский соловей» своё послание не названным, но вполне очевидным адресатам.

Арестович — враг, но не дурак. Примерять тогу «защитника русских» вряд ли бы решился по причине внезапного приступа совести или в алкогольном дурмане.

Это выраженная политическая позиция многих русскоязычных сторонников Майдана, которых сегодня третируют за русский язык, негаличанское место рождения или родственников в РФ (в частности, секретарь СНБО Данилов договорился до того, что назвал всех поддерживающих связи с Россией крысами).

Миллионы русскоязычных граждан стали «людьми второго сорта», которым отказывают в обслуживании в кафе или пунктах гуманитарной помощи на Западной Украине, обливают их автомашины кислотой и попрекают русским языком.

Защищающие режим фронтовики ВСУ записывают матерные видео, в которых высказывают возмущение тем фактом, что в военкоматах или в окопах никто не интересуется на каком языке говорит боец, а вот в тылу их допекают доморощенные патриоты.

Язык мой — враг твой

Пожар сознательно раздуваемой в обществе ненависти и ксенофобии постепенно поднимается наверх, где засели вполне себе русскоязычные и русскомыслящие киевляне, представители донецкой, днепропетровской, одесской бизнес-элит. Которые неуклонно становятся второсортными уже по факту своего «неарийского» происхождения или неправильного произношения слова «паляныця».
Хотя среди них всегда было множество русскоязычных, однако, Россию ненавидящих; русских, но Русский мир презирающих.

Эта публика обитала не только на Печерских холмах и обнаружилась не после Евромайдана. Здесь и русскоязычная интеллигенция индустриальных центров Юго-Востока Украины, и либеральная прослойка обеих российских столиц, и советская «колбасная эмиграция», считающая Брайтон-Бич территорией свободы.

Мы уж не говорим о таких конкретных персонажах, вроде Евгения Киселева* или Марии Максаковой. Этим русскоговорящим сторонникам киевского режима совершенно неожиданно напомнили, что они вовсе не те, за кого себя выдавали. И теперь они мучительно выдавливают из себя русского человека в нелепой надежде, будто им зачтется.

Ломающий родной язык о чужую мову Евгений Киселев* на украинском телевидении — удивительная иллюстрация до какого самоуничижения может дойти изгнавший из себя русскость. Таких всегда презрительно называли вырусью.

Русские по речи, складу характера, многим привычкам, но враждебные России как таковой, хотят, чтобы за русских их не считали, поскольку под влиянием пропаганды, амбиций, расчётов или подлости они таковыми быть перестали.

Киевский журналист Гордон и министр иностранных дел Кулеба в большой телебеседе спокойно говорят на родном для них русском языке о ненависти к России, но для «свидомого патриота» они тоже враги: один — еврей, другой — прислужник еврея-президента.

И плевать такому «патриоту» на Арестовича с его призывами, дескать, что «не все русские плохие». Ибо бандеровская Украина только для этнических украинцев, и то — далеко не для всех (те же «схидняки» уже под подозрением).

Терзания русской/русскоязычной души: «Я «дикий скиф» или западноевропейское право имею?», — можно легко обнаружить в давнем споре западников и славянофилов.

Но мы копнём ещё глубже и вспомним XVIII век — легендарный век авантюристов. Всех этих графов Сен-Жерменов, Казанов и множество иных артистических натур, дуривших вроде бы образованную публику эпохи Просвещения. Наш цифровой век — тоже время авантюристов и мошенников, а современная Украина — истинный рай для них.

Вдохновенно излагающие про антироссийский, «европейский выбор» Украины русскоязычные Зеленский, Арестович, Подоляк, как и аферисты раньшего времени, вроде Юлии Тимошенко (имя им легион), и стригущие под эту сурдинку миллиарды — тоже своего рода Казановы нашего времени.

А сексуальность Юлии Тимошенко или любимца дам бальзаковского возраста Арестовича — необходимый атрибут их политический привлекательности, гипнотической для некоторых.

Впрочем, если отвлечься от персоналий, после обретения своей независимости Украина действительно могла бы стать центром иной России — более прозападной, что ли. Однако уже в эпоху чеченских войн и активного участия «цивилизованного мира» на стороне международных террористов стало понятно, что любая Россия ни в каком виде Западу не нужна.

В более широком смысле, вместо создания «альтернативной России» с центром в Киеве им было проще отряхнуть от нафталина имевшиеся под рукой бандеровские структуры — столь глупые и фанатичные в своей русофобии, что наши недруги окончательно упустили представленный им историей шанс.

А вместе с неосуществлённым шансом на свалку истории отправляются и предавшие Русь русские.

Покаяние или заключение?

Вопрос: что с отступниками делать нам и можно ли вернуть оступившихся? Однако Россия не нянька, чтобы уговаривать каждого заплутавшего прохвоста. Запутавшиеся могут распутаться самостоятельно — слишком много военных преступлений совершено майданной Украиной, имеющий глаза да прозреет.

Осознанное прозрение должно стать одним из главных посылов нашей пропаганды. Если речь идёт не о «коллективной ответственности» всего украинского народа, позволившего втянуть себя в преступные игрища, то необходимо определить обязательный круг виновных. И пребывают они не только в военных штабах ВСУ или лагерях националистов, но и в киевских (львовских, днепропетровских и прочих) редакциях.

Этих штрайхеров тоже нужно бросить под ноги разъярённого украинского народа, когда он пожелает осуществить законное возмездие за многолетний обман.

Сегодня украинские фронтовики спрашивают: вы там запрещаете говорить по-русски, чтобы мы издыхали за благополучие Фарион, Ницой и сексуально ущербного Дроздова? Русскоязычная интеллигенция Украины обязана изголяться на украинском языке, чтобы всё равно оставаться на вторых ролях? Обычные люди должны гибнуть, чтобы кучка идиотов в вышиванках продолжала ими править?
Да, при нынешнем положении дел будет именно так.

Вот, собственно, и подтвердилась метафизическая по сути, но разрушительная и подчас кровавая по форме разница между национализмом и неонацизмом, из него произрастающим. Обязательно произрастающим, если не контролировать завихрения в нестойких мозгах.

Быть манкуртом, — а значит оставаться рабом, — запретить нельзя. Но именно сейчас, в осознании своей русскости рождается новая элита, которая в конечном итоге на развалинах киевского режима придёт к власти. И эту перспективу необходимо настойчиво доносить.

Русский — не только национальность. Недаром против киевского режима храбро воюют и украинцы, и чеченцы, и тувинцы, и буряты, и представители ещё множества народов России.

Украинцы — это тоже русские, — как «Русской» была «Правда» Ярослава Мудрого. Россия — это огромная цивилизация, и только дураки могут верить, что россияне — это промышляющие воровством унитазов унтерменши, как до сих пор излагает руководимая Арестовичем пропаганда.

Инфицированных никто переубеждать не собирается — несколько десятков лет им разъясняли впустую. Но сейчас идёт война, следовательно, ты или с Россией и вспоминаешь о своей русскости (в широком смысле этого слова), либо истинным «арийцем» оказываешься в могиле (плену, эмиграции, тюрьме).

То, что некоторые утратившие свою русскость люди оказались между жерновами истории, безусловно, их личная трагедия, но и жалеть их, — вложивших свою жизнь и былой талант в разжигание ненависти, — не стоит, штрайхеры достойны своей участи.

Вот и господин Арестович вполне обоснованно боится за собственную шкуру и всячески пытается оттянуть агонию режима, потому взывает к инстинкту самосохранения.

Жить захочешь — ещё не так раскорячишься.

Константин Кеворкян, украинский журналист, писатель, публицист и общественный деятель. С 2014 года — политический эмигрант, проживает в Севастополе


* Физическое лицо — иностранный агент.

Предыдущий пост

Посмотреть

Следующий пост

Посмотреть

Другие статьи

Оставить комментарий

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.