ЗАПАХ ПОБЕДЫ

© Минобороны РФ

Ожесточённые бои на фронте, постоянно возникающие и уходящие в военную историю названия населённых пунктов, своей ежедневной динамикой отвлекают общественное внимание от макропроцессов всё сильнее влияющих на ход войны. А между тем есть основные факторы, определяющие макротенденции хода и исхода боевых действий на Украине. Мы говорим о совокупности духовных, материальных и общественно-политических обстоятельств, влияющих на развитие войны и ее конечные результаты.

По характеру такие факторы могут быть объективными и субъективными; по роду влияния на ход и исход войны — временными и постоянно действующими; по уровню значения — решающими, главными и второстепенными.

К объективным факторам относятся конкретные, приведенные в действие духовные и материальные возможности сторон.

К субъективным факторам относятся обстоятельства, связанные с сознательной деятельностью людей, политического и военного руководства, а также личными качествами полководцев.

К временным факторам относятся успехи или неуспехи ведения боевых действий в ходе операций и компаний, не влияющих стратегически на ход и исход войны.

К постоянно действующим факторам относятся:

— Наличие в достаточных количествах средств ведения войны — техники, вооружения, боеприпасов.

— Обученность и мотивированность войск, участвующих в боевых действиях.

— Способность формировать резервы в количествах достаточных для пополнения потерь и создания новых ударных группировок.

— Наличия и мощи военно-промышленного комплекса, его способности удовлетворять нужды фронта, создавать новые образцы вооружений и быстро наращивать их производство.

— Морально-психологическое состояние общества страны ведущей войну. Понимание им целей и задач этой войны, доверие к высшему политическому руководству и военному командованию, а так же готовность претерпевать тяготы и лишения этой войны. Устойчивость к потерям.

— Наличие стратегических союзников и их готовность оказывать военно-техническую или военную помощь в форме прямого участия.

Расшифровав основные понятия, рассмотрим действие этих факторов у России и Украины.

Россия, без всякого сомнения, располагает одним из самых больших в мире арсеналов средств ведения войны, и за два годы, несмотря на потери, её Вооружённые Силы кратно нарастили и продолжают наращивать численность своих группировок, а так же их оснащённость техникой и вооружением.

Украина же, имея первоначально достаточно внушительный арсенал (2600 танков, 4800 БМП,БТР и ББМ, до 1700 орудий, САУ и РСЗО, около 300 самолётов и вертолётов, больше 100 дивизионов ЗРК) за два года войны фатально истощила его и, несмотря на огромные поставки техники, вооружения и боеприпасов от союзников (больше 950 танков, до 3000 БМП, БТР и ББМ, 700 орудий, САУ и РСЗО, 200 самолётов и вертолётов и 20 дивизионов ЗРК) , продолжает медленно деградировать. Сегодня в строю ВСУ находится чуть больше 800 танков, до 700 орудий САУ и РСЗО, меньше 50 самолётов и вертолётов и до 20 ЗРДн.

При этом, для всех этих систем требуются ракеты, снаряды и другие виды боеприпасов, поставки которых из-за границы крайне нестабильны и не покрывают потребностей.

Фактически, ВСУ превратились в огромную пехотную армию, главным ресурсом которой являются солдаты, чьи поставки на фронт обеспечиваются непрерывной мобилизацией.

Качественно иная ситуация в ВС РФ. Российская армия за время СВО довела численность, находящегося в строю, танкового парка до 3200 (минимальные оценки) — 4000 (максимальные), БМП, БТР, ББМ до 5000 — 6000 ед., до 3500 орудий, САУ и РСЗО, до 3500 боевых самолётов и вертолётов, более чем 200 дивизионов различных ЗРК.

При этом, более половины ВВТ не задействовано в войне на Украине, а находится в составах округов на других ТВД.

Очевидно, что, складывающийся расклад соотношения техники и вооружения, динамика насыщенности войск ВВТ совершенно не в пользу ВСУ. И, при сохранении существующей тенденции до конца нынешнего года, с неизбежностью приведёт к зиме 2025 года к масштабному военному кризису.

Практически, такая же динамика с обученностью и мотивированностью войск.

ВСУ удаётся поддерживать, достигнутую к осени 2022 года численность — более 900 тысяч солдат, офицеров, но огромные потери — до 400 тысяч убитыми и пропавшими без вести, не менее 120 тысяч искалеченных инвалидов и не менее 300 тысяч тяжелораненых за два года привели к тому, что численность ВСУ поддерживается исключительно за счёт поголовной принудительной мобилизации украинцев, что не позволяет говорить о какой-либо мотивированности мобилизуемых, многих из которых просто хватают на улицах и отправляют прямиком на фронт. Качественно готовить резервы в таких условиях не удаётся, даже задействовав учебную базу союзников из стран НАТО. Фронт постоянно требует пополнения потерь и базовые программы подготовки солдат-пехотинцев за два года ужались до нескольких недель. ВСУ всё больше превращаются в слабо обученную армию «полевой обороны».

ВС РФ напротив, за время СВО увеличили численность своих Сухопутных войск более чем в три раза, из которых треть это мобилизованные осенью 2022 года, а остальные добровольцы, пришедшие на службу самостоятельно. При этом, российские части в зоне СВО сохраняют высокий уровень обученности. Российские потери составляют не более 20% от украинских. Пополнения проходят полный курс боевой подготовки и постепенно адаптируются к фронтовой обстановке. Практически все наблюдатели и военные эксперты отмечают высокий уровень мотивации российской армии.

Ещё более разительная разница в состоянии ВПК России и Украины.

ВПК Украины, практически, прекратил существование как единая система, и существует в виде очаговых производств отдельных видов вооружений, в основном, отверточной сборки из, поступающих с Запада, запчастей и комплектующих (БПЛА, БЭКи, сборка РЛО, ремонт ВВТ, мелкооптовое производство боеприпасов, пошив формы и снаряжения), при полном отсутствии полных циклов производств бронетехники, авиации, артиллерийских систем и ЗРК.

Российский же ВПК совершил настоящий технологический рывок.

  • Объемы производства танков выросли в 5 раз.
  • Объёмы капитального ремонта танков выросли в 3,5 раза, легкобронированной техники – в 3 раза.
  • Выпуск выстрелов для танков и боевых машин пехоты – почти в 9 раз, снарядов для ствольной артиллерии – в 6 раз.
  • Реактивных снарядов для РСЗО – в 8 раз, неуправляемых реактивных снарядов для тяжелых огнеметных систем – в 3 раза.
  • Объемы выпуска самоходной артиллерии выросли в 10 раз, буксируемой – в 14 раз. Минометов – в 20 раз, РСЗО – в 2 раза.
  • Выпуск выстрелов для танков и боевых машин пехоты – почти в 9 раз, снарядов для ствольной артиллерии – в 6 раз.
  • Выпуск и ремонт танковых пушек и стволов для артиллерийского вооружения увеличился в 2 раза.

Сравнивать морально-психологическое состояние российского и украинского обществ сложно. Слишком разные они по своему менталитету, а главное — по структуре.

Сегодняшнее украинское общество является, фактически, разделённым. С 2014 года не менее 30% украинцев (до 9 миллионов) покинули территорию страны и лишь опосредованно соотносят с собой проблемы «нэзалэжной», при этом, многие относятся к ведущейся Киевом войне крайне негативно и опасаются высылки на Украину. В самой Украине население в основном разделяет идеологию, которая оправдывает ведение тотальной войны против России, но при этом панически боится, что очередные волны мобилизации накроют и их, и всячески стремится уклониться от мобилизации. Число скрывающихся от мобилизации «уклонистов», по самым минимальным оценкам украинских ТЦК, составляет не менее 400 тысяч украинцев. И тема реальных потерь Украины на Восточном фронте является крайне болезненной для украинского общества, где почти у каждого в семье уже есть погибшие, пропавшие безвести или искалеченные на войне.

В России же констатируется полный консенсус общества вокруг целей и задач СВО. Высшее политическое и военное руководство пользуется безусловной поддержкой. Практически, не существует уклонистов, а служба в зоне СВО, как мы уже указали ранее, является добровольным выбором. При этом, надо отметить, что за весну – осень 2022 года, страну покинуло до 150 тысяч человек, которых назвали «релокантами» — тех, кто был не согласен с политикой российского руководства или опасался мобилизации. Правда, на сегодняшний день до 60 тысяч вернулось обратно. Тема потерь в российском обществе, хотя и обсуждается, но не является «общественным нервом» т.к. в количественном отношении на данный день они не являются фактором массового сознания.

Очевидно, что в морально-психологическом плане российское общество качественно устойчивей украинского. В нем не наблюдается ни истеричной экзальтации, ни депрессивной отстранённости, что всё сильнее проявляется в украинцах.

Военно-техническая, финансовая и организационная помощь союзников сегодня стала главной основой существования Украины. Фактически, за два года Украина из независимого государства переформатировалась в государство – реципиент, существующее исключительно за счёт своих иностранных доноров. До 65% бюджета Украины и больше это иностранная финансовая помощь. Сегодня ни один государственный институт Украины не способен функционировать самостоятельно без участия в его деятельности или управлении иностранной помощи или иностранных военных советников. И, в определённой степени, это делает Украину достаточно устойчивым политическим образованием т.к. большая часть её функциональности вынесена за территорию Украины и только военная машина – ВСУ непосредственно функционируют на её территории, воспроизводясь с помощью непрерывной мобилизации.

Для России союзники сегодня являются важнейшим коммуникационным фактором обеспечивающим внешнеэкономическую деятельность страны (рынки сбыта, каналы поставок стратегически важных товаров и т.д.), политическую поддержку в международных организациях, а также стратегическое «предполье».

Очевидно, что экономика и военная организация России не имеют такой фатальной зависимости от союзников как Украина, хотя, безусловно, нуждаются в таковых и уделяют огромное значение их поиску и поддержке.

Если резюмировать всё сказанное, то макропроцессы, определяющие ход и исход, идущей сегодня, войны, всё сильнее склоняют чашу весов военной победы на российскую сторону. Украина летом прошлого года утратила свой последний шанс одержать военную победу на фронте, способную изменить ход войны, и сегодня всё больше сползает в состояние гитлеровской Германии лета – осени 1944 года, имеющей внушительные вооружённые силы, но уже не имеющей возможности переломить ход войны. Сегодня вопрос стоит в одной плоскости – как долго ещё Украина будет способна вести оборонительную войну, теряя при этом свою промышленную, энергетическую инфраструктуру и территории? Изменить эту ситуацию уже не способны практически никакие военные поставки союзников, и только прямое их вступление в войну может переломить эту «разгромную» тенденцию, но это уже история совсем другой войны. Ракетно-ядерной войны!

Владислав Шурыгин


Предыдущий пост

Посмотреть

Следующий пост

Посмотреть

Другие статьи

Оставить комментарий

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.