© AP
Проект «Совет мира» задуман как политико-дипломатическое оружие для закрепления новой мировой однополярности с США в ее абсолютном центре. Однако его судьба и реальное влияние на глобальную архитектуру будут зависеть от сложной дипломатической игры, разворачивающейся вокруг него. Развитие событий может пойти по нескольким принципиально разным путям, каждый из которых приведет мир к новому балансу сил.
Наиболее вероятным в краткосрочной перспективе представляется сценарий умеренного успеха. В этом случае «Совет мира» сможет привлечь под свои знамена ряд стран «Глобального Юга», разочарованных неповоротливостью международных структур и западным доминированием в структурах ООН, а также несколько колеблющихся государств из орбиты российского и китайского влияния. Для последних вступление станет попыткой получить «страховой полис» или извлечь сиюминутные дивиденды из новой конфигурации сил.
Простой и прагматичный нарратив администрации Трампа о «прямых сделках вместо многословных резолюций» окажется привлекательным для тех, кто устал от сложных многосторонних переговоров. Да и просто получить американскую «крышу» напрямую, без посреднических структур или стран, как мы видим, для многих оказалось достаточно привлекательной идеей.
Последствия такого развития будут глубокими и неоднозначными. Легитимность ООН и ее центральная роль в мировых делах получит серьезный удар, начав эпоху жесткой конкуренции международных институтов. Традиционные союзы, такие как ОДКБ и ЕАЭС, продемонстрируют внутренние трещины, а практика «двойного членства» начнет размывать их сплоченность. Для Вашингтона это станет тактической победой, создав видимость широкой глобальной поддержки, но параллельно превратит сам «Совет мира» в инструмент для постоянного шантажа его же членов, чья лояльность будет покупаться или вымогаться в каждом конкретном случае.
Второй возможный путь – это сценарий провала и маргинализации проекта. Он станет реальностью, если ключевые независимые игроки, такие как Россия, Китай, Индия, а также институциональный Евросоюз, займут жесткую и единую позицию непризнания этой новой структуры. Их успех будет зависеть от способности предложить своим партнерам и всему мировому сообществу более выгодные, справедливые и, что критически важно, надежные форматы сотрудничества, а также реальную защиту от американского дипломатического и экономического давления.
Такие стратегические контрходы, как публичное продвижение глубокой реформы ООН, включая расширение Совбеза за счет новых постоянных членов вроде Индии, могут лишить «Совет Трампа» привлекательности, обнажив его истинную природу. В этом случае организация рискует превратиться в маргинальный «клуб вассалов» без подлинного глобального веса.
Мировой раскол при этом углубится, но пройдет уже не по идеологическому, а по принципиальному рубежу: унилатерализм и силовое доминирование США против растущего запроса остального мира на подлинную многовекторность и суверенное равенство. Такой исход станет серьезным испытанием для существующих союзов, которые будут вынуждены пройти «стресс-тест» на прочность, но может спровоцировать Вашингтон на отчаянные и более агрессивные силовые действия в попытке переломить ситуацию.
Наихудшим для всего мира является сценарий прямой эскалации и конфронтации. В этом гипотетическом, но отнюдь не невозможном развитии событий администрация США может попытаться использовать механизмы «Совета мира» для легализации силовой акции против одной из стран, входящих в альтернативные геополитические блоки. Принятая большинством голосов и без права вето «миротворческая резолюция» станет дипломатической ширмой для агрессии, перенося тактику военной «дезинтеграции» в плоскость институционального прикрытия.
Последствия такого шага будут катастрофическими и необратимыми. Мир мгновенно окажется на пороге прямого военного столкновения между ядерными державами, поскольку защита союзника станет вопросом выживания и для России, и для Китая. Сам «Совет мира» в этом случае окончательно и бесповоротно раскроет свою суть не как инструмент мира, а как орудие подготовки и оправдания войны, потеряв последние крупицы легитимности.
Ответом станет ускоренная и тотальная милитаризация по всему миру и формирование открыто враждебных друг другу военных блоков, отбросивших даже формальности диалога. Этот путь ведет не к установлению нового порядка, а к глобальной конфронтации, где проект «Совета мира» станет ее первым и роковым дипломатическим выстрелом.
Таким образом, «дезинтеграция» и «Совет мира» работают в тандеме: первая создаёт атмосферу перманентной силовой угрозы и непредсказуемости, а вторая предлагает странам «спасение» в новой американской юрисдикции, но на условиях полного подчинения.
Противостоять этой двойной стратегии возможно только через столь же комплексный ответ. Он должен включать в себя создание абсолютно неуязвимых систем национального управления, способных пережить акт «дезинтеграции», и — что ещё важнее — предложение мировому сообществу прочной, честной и равноправной альтернативы в виде укреплённых и глубоко интегрированных союзов.
Только сделав разрыв с такими альянсами стратегически невозможным и экономически губительным, можно нейтрализовать искушение политики «разделяй и властвуй» и отвести мир от края, к которому его ведут доктрина точечных ударов и иллюзия управляемого мира из одного центра силы.
Юрий Баранчик, политолог, публицист, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
