Голос Севастополя ГОЛОС СЕВАСТОПОЛЯ      
Языки
Подписка на Голос в соцсетях
 
» » «Культурная столица» галицийского сепаратизма

«Культурная столица» галицийского сепаратизма

25.02.2021, 18:35
(голосов: 1)

Депутаты Львовского облсовета потребовали освободить из-под стражи осуждённого за похищение и пытки депутата райсовета, но ещё не осуждённого за убийство Сергея Стерненко.

 

 

Угрожают даже, если к ним не прислушаются, остановить транзит российского газа в Европу. Это не первый случай, когда Львов шантажирует официальный Киев. Бывало, и отделением от Украины угрожали. Практически все предыдущие случаи галицийского шантажа были успешны, и галичане вновь используют доступный им механизм давления на остальную Украину, навязывая ей галицийский взгляд на то, что такое хорошо и что такое плохо.

 

Поразительно, насколько извращённый вид принимают в галицийском восприятии абсолютно все понятия. Так, например, галичане придумали Львову наименование «культурной столицы Украины», намекая на некий особый «львовский дух», гордясь полученным из Австро-Венгрии «настоящим кофе» и превознося свою «клюмбу» (традиционное, со времён советской власти, место сбора городских сумасшедших и обычных фриков, изображающих «украинскую интеллигенцию») как всеевропейскую «Касталию» — источник эзотерического знания, не будучи причастным к которому нельзя считаться настоящим человеком.

В отличие от многих своих знакомых, я никогда не считал Львов неким особым культурным центром. Исходил из того, что, с поправкой на региональные особенности, по уровню развития это обычный областной центр, каковых в СССР было много. Во всяком случае, известных деятелей науки и культуры — выходцев из Харькова, Одессы, Днепропетровска — в СССР, и конкретно в УССР, было на порядок больше, чем достигших аналогичных успехов уроженцев Львова. Но когда я впервые оказался во Львове, проездом, город меня потряс, реальность превзошла самые скептические мои ожидания.

 

Шёл 2008 год. Мы возвращались с друзьями из поездки во Францию. На объездной дороге, позволявшей миновать Львов, велись какие-то работы, и мы, решив, что городок, в общем-то, небольшой, решили проскочить его насквозь. Это была ошибка.

 

Нет, Львов не был набит под завязку транспортом. Судя по всему, от пробок город ещё долго страдать не будет. Просто был какой-то местный праздник (возможно, День города или что-то подобное). Центр был наглухо забит вдребезги пьяной, матерящейся толпой местных «европейцев». Не то чтобы они не могли поместиться на тротуарах, но почему-то предпочитали занимать всё пространство улиц. Оглашая окрестности дикими возгласами, напоминающими охотничьи крики случайно сохранившихся в дебрях Африки или амазонской сельве доисторических племён, толпа совершала хаотичные движения. Она не двигалась куда-то целенаправленно, она просто колебалась, «дышала», как «дышит» океан, постепенно распространяясь на соседние улицы и отчётливо накапливая в себе потенциал агрессии, которая в скором будущем должна будет куда-то выплеснуться.

Мы наблюдали это явление пять-семь минут, пока не нашли свободную дорогу в объезд центра. Но мерзкое ощущение (как будто ты, идя по улице обычного города, наполненного людьми, вдруг обнаружил себя окружённым негуманоидного вида существами, совершающими некий странный и мерзкий ритуал) я запомнил навсегда. Более того, с тех пор, как только галичане начинали рассказывать о вечно пьяных и «разговаривающих матом» русских, я вспоминал эту картину и понимал, что говорят они о себе, приписывая своему выдуманному экзистенциальному врагу свои собственные качества.

 

Второй раз, только в более острой форме, мне довелось испытать это ощущение в Киеве после победы Майдана, когда галицийский дух вырвался на свободу, сломав традиционные цивилизационные ограничения. Может, это и можно назвать какой-то особой галицийской культурой, но только в том смысле, какой мы вкладываем в этот термин, обозначая им археологическую культуру каких-нибудь доисторических людоедов.

 

Аналогичным образом галичане извращают термин «сепаратист». Они его применяют к гражданам ДНР/ЛНР, к крымчанам, к позитивно или хотя бы нейтрально настроенным по отношению к России жителям центральноукраинских областей (которых становится всё меньше, но которые ещё не изведены полностью). На самом деле сепаратизмом всегда страдала Галиция, а его (сепаратизма) центром был тот же Львов. Не будем углубляться в тему исторического сепаратизма первыми удравших из древнерусского единства Галицко-Волынских земель.

 

Это было очень давно, и нам сложно с высоты сегодняшнего дня оценивать те обстоятельства. Просто запомним, что единственным русским князем, принявшим из рук папы римского королевскую корону и, таким образом, провозгласившим (хоть и неудачно) создание собственного, отдельного от остальной Руси государства, был Даниил Романович Галицкий.

 

Это ничем не помогло ему, скорее ослабило его позиции в борьбе за первенство в русских землях, но имело серьёзное значение на длительном отрезке истории. Даже в 1918 году Западно-Украинская Народная Республика (тоже страдавшее потомственным сепаратизмом образование) была провозглашена на базе входившего в состав вначале Польши, а затем Автро-Венгрии Королевства Галиции и Лодомерии (Володимерии) — того самого, корону которого первым, за 40 лет до Даниила Романовича Галицкого, примерил венгерский принц Коломан (при нём же была заключена первая уния галицкой православной церкви с католическим Римом). Будучи оторваны от Руси не только фактически (путём завоевания или династических браков, как остальные западные княжества), но и институционально (иное государство с иным — королевство — статусом), галицийские территории никогда не возвращались в русское единство, вплоть до 1939 года (окончательно — в 1945 году).

 

При этом надо сказать, что в галицийских сёлах и небольших городках ощущение русской общности сохранялось вплоть до устроенного австрийцами геноцида русин 1914–1917 годов. Центром сепаратистских настроений была столица провинции — Львов. Город уже в XIV веке превратился в польско-немецко-еврейский центр. Галичане попадали туда только в виде прислуги. Но какой же лакей не желает перенять повадки господина? Медленно, с трудом, в отсутствие собственной аристократии, выраставшая из этого львовского лакейского сословия «украинская интеллигенция» (тогда ещё даже не знавшая, что она украинская) вместе с прочими повадками своих польско-австрийских хозяев переняла пещерную русофобию. Именно поэтому Галиция, будучи самой спокойной провинцией Речи Посполитой, а затем самой преданной Габсбургам негерманской провинцией Австро-Венгрии, начинала страдать сепаратизмом, едва попадала в русскую орбиту.

 

Галичане усвоили польско-австрийскую идею, провозгласившую их с малороссами «единым украинским народом». При этом себя они сразу почувствовали патентованными эталонными украинцами, задача которых — обратить в украинскую веру «русифицированных» малороссов. Они бы столицу своего никогда не существовавшего в реальности «королевства» — Львов — провозгласили бы столицей всей Украины, но, во-первых, до 1939 года им никак не удавалось отобрать его у поляков, во-вторых, Галиция — лишь маленькая, нищая окраина тех территорий, из которых большевики сложили УССР. Её центр никак не мог восприниматься как центр всей Украины. То, что легко получалось у Харькова, Киева, получилось бы у Днепропетровска и даже у Одессы, было совершенно недоступно Львову. Пришлось довольствоваться статусом самопровозглашённой «культурной столицы».

 

Галичане даже после всех майданов не доверяют своим малороссийским соотечественникам (фактически они разные народы, и галичане это чувствуют). Каждый раз, как только галичане подозревают большую Украину в намерении сблизиться с Россией, они начинают кричать о своём отделении. Самое смешное, что они искренне верят, что их отделение кого-то очень на Украине опечалит.

 

Впрочем, на случай, если окажется, что «была без радости любовь — разлука будет без печали», у галичан всегда готов «козырь». Природа распорядилась так, что главные транзитные пути из России в Европу, идущие через Украину, на своём самом западном отрезке замыкаются на Галицию. Там же находится и «главное богатство» Украины — подземные газохранилища. Как только галичанам кажется, что вместо того, чтобы удерживать их в составе Украины различными уступками, их могут радостно отпустить на все четыре стороны, они начинают пугать Киев остановкой транзита, блокированием доступа к газохранилищам и даже взрывом транзитных газопроводов. В общем, как и положено дикарям, ведут себя подобно обезьяне с гранатой.

 

Причём даже сейчас большая часть всех деструктивных идей галицкого сепаратизма вырабатывается во Львове. Статус столицы галицкого «королевства» и самопровозлашённой «культурной столицы» продолжает привлекать в этот город самое дикое бандеровское отребье, уже давно превратившее его в нечто подобное захваченному джунглями городу бандар-логов, в котором ещё стоят дома, но уже нет людей, а бал правят отдалённо на них похожие зверьки, научившиеся внешне копировать движения человека. Для многих он становится лишь пересадочным пунктом по пути в Киев, который галичане успешно превратили в копию Львова, оставив от древнего русского центра одни воспоминания. Но Киев ещё менее «резиновый», чем Москва. Он располагает значительно меньшим ресурсом. У всех зацепиться там не выходит. Поэтому наименее развитая, зато наиболее агрессивная часть бандеризированных галичан оседает во Львове.

Мы не раз отмечали, что современным украинцам свойственна дикая смесь чувства неполноценности с чувством сверхполноценности. С одной стороны, они дико ненавидят Россию и мечтают, чтобы она исчезла, с другой — все свои «достижения» пытаются сравнивать с российскими успехами. Ни Китай, ни США, ни Европа как база сравнения их не интересуют, только Россия, причём не реальная Россия, а ими придуманная, в которой «всё как на Украине, только хуже».

 

Центр распространения этого страшного психического недуга также находится во Львове. Именно местные «элиты» с презрением взирают, считая «дикими москалями», не только на жителей Москвы или Питера, не только на жителей Восточной Украины, даже не только на киевлян (если они не переехали из Львова), но и на жителей Житомира, Винницы, Умани. Для них даже волыняне — бандеровцы второго сорта, даже Тернополь и Ивано-Франковск — лишь жалкие подобия «культурной столицы».

 

Конечно, мы должны быть толерантны, должны понять, что галичане в целом и львовяне в частности не виноваты в том, что стали такими. Так сложились исторические обстоятельства. Их так учили. Вот только, как говорил в пьесе Евгения Шварца «Дракон» Ланцелот Генриху, «всех учили. Но зачем ты оказался первым учеником, скотина такая?»

Ростислав Ищенко 

 







Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Комментарии: Оставить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости smi2.ru