© REUTERS
Сегодня исполняется четыре года с момента, когда президент России Владимир Путин объявил о начале специальной военной операции.
Этому решению предшествовала череда критически важных событий: 21 февраля 2022 года Россия признала независимость Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР); украинские власти начали стягивать к границам республик десятки тысяч солдат с целью «окончательного подавления мятежа»; 23 февраля главы ДНР и ЛНР обратились за помощью к России, прося защиты от агрессии со стороны Украины.
Тем не менее совершенно однозначно, что спусковой крючок для начала СВО был нажат гораздо раньше, а именно 22 февраля 2014-го.
За день до этого на фоне длительных и кровавых беспорядков представители властей Украины и основных оппозиционных партий подписали Соглашение об урегулировании кризиса на Украине, которое завизировали главы МИД Франции, Германии и Польши, а также глава внешней политики ЕС. В рамках выполнения соглашения планировались масштабная амнистия, выборы в конце года, а главное — «конституционная реформа с участием и полным учетом мнений всех регионов Украины для последующего одобрения на общенациональном референдуме, а также формирование легитимного правительства национального единства с учетом интересов всех политических сил и регионов страны».
Иными словами, для тех, кто хотел мирного развития Украины, были открыты все двери и созданы все условия.
Но нет.
Двадцать второго февраля 2014 года вооруженные боевики заняли правительственные резиденции и учреждения, Рада мгновенно отстранила от власти Виктора Януковича, изменила конституцию и назначила исполняющим обязанности президента спикера Турчинова, он же Кровавый Пастор. Мощные европейские «гаранты» срочно забились под шкаф, и об этих гарантиях больше никто и никогда не вспоминал.
Президент России Владимир Путин назвал произошедшее «антиконституционным переворотом и вооруженным захватом власти» и задал вопрос, более чем актуальный в нынешнюю годовщину начала СВО: «Для чего? Зачем нужно было заниматься незаконными, антиконституционными действиями и вводить страну, втаскивать страну в тот хаос, в котором она сегодня оказалась?»
Как вспоминает свидетель тех событий, британский аналитик и вывший эксперт Labour Party по внешней политике Дэвид Моррисон, «если бы соглашение было выполнено, весьма вероятно, что нынешнего противостояния между Западом и Россией никогда бы не произошло, и возможно, что при совместных действиях ЕС и России Украина могла бы быть направлена по пути к стабильной и инклюзивной форме правления, подобной которой у нее никогда не было как у независимого государства».
Эту же мысль в годовщину госпереворота озвучил посол по особым поручениям МИД России по преступлениям киевского режима Родион Мирошник: «В результате государственного переворота в 2014 году Украина встала на путь самоликвидации в угоду чужим интересам».
В итоге переворот привел к разрыву с Донбассом на востоке и последующему военному наступлению на него со стороны новых властей в Киеве, что сделало неизбежной СВО.
Нет смысла приводить цифры, сравнивающие ту Украину и то, что осталось сейчас. Та Украина разрушена навсегда — и экономически, и политически, и демографически, и ментально. Единственная утешительная морковка для поддержания духа: «Есть перспектива вступления в ЕС».
Но жесточайшая ирония заключается в том, что на конец 2013-го при ужасном «пророссийском» Януковиче Украина была значительно ближе к ЕС, чем сейчас, и можно было бы сегодня иметь мирную «европейскую» Украину с дружественным восточным соседом — без всяких специальных и неспециальных военных операций.
На момент вооруженного госпереворота в Киеве Украина подписала с ЕС 30 (!) соглашений, включая соглашение о визовой либерализации и соглашение об углубленной зоне свободной торговли, и уже было готово к подписанию соглашение об ассоциации с Евросоюзом, которое ЕС рассматривал как начало полноценной «политической ассоциации и экономической интеграции».
Сам же «пророссийский» Янукович заявлял, что «европейский выбор» остается для Украины «стратегическим направлением дальнейшего цивилизационного развития, укрепления места и роли страны в современном конкурентном мире».
Формальным поводом для беспорядков был совершенно не отказ от вступления в ЕС, а разумная просьба Януковича об отсрочке: «Стране необходимо позаботиться о минимизации негативных последствий начального периода ассоциации с ЕС, которые ощутят на себе наименее обеспеченные жители страны».
Но боевики, в течение многих лет подготавливаемые в различных НКО на деньги американцев и европейцев, остановиться уже не могли и не хотели, потому что никому не нужна была мирная Украина, а нужна была анти-Россия.
Что в итоге? Несколько дней назад глава евродипломатии Каллас финализировала великие итоги Евромайдана: «Не вижу готовности стран ЕС дать Украине дату членства. Впереди много работы».
Действительно, разбирать руины бывшей Украины — работа долгая. И, возможно, навсегда.
